Писатель и амбиции

[MaxMar 2535]

Одна вещь, которую я понял с годами. Писателем нельзя стать, писателем нельзя родиться. Писателем можно только "быть". Писатель погибает в тот момент, когда ты читаешь о себе в журнале или в интернете "известный писатель, радующий поклонников...", радостно вздыхаешь и начинаешь думать "я состоялся, я - Бог". А потом грохот, сомнения, падение с Олимпа, дрожащие пальцы листают файлы, сознание с издевкой шепчет "да ты бездарь, которому однажды повезло". 

Жизнь условного писателя состоит в метаниях. Стремится стать лучшим, занять своё место в непризнанной иерархии, и в конце концов сходит с дистанции, понимая, что сил для рывка больше нет. Молча наблюдает, понимая, что мог бы сделать лучше. Но бросаться обратно в омут метаний - нет. И это не выгорание. Это просто пепел - часто вперемешку с костями Феникса.

Почему так происходит? Потому что движущая сила многих личностей - творческие амбиции, натягиваясь до предела, жёстко бьют с конца.

Амбиции - это то, что следует бросить в костёр первыми. Они горят плохо, чадят, оставляют зловонный дух, часто приходят по ночам кошмарами. Но возродившиеся амбиции - это не более, чем ходячий труп, изувеченный, покрытый шрамами. Толкая тебя вперёд, он вечно будет стонать от боли. 

"Быть" писателем и жить с амбициями - часто несовместимо. Это две личности в твоём сознании поклоняются разным богам. 

Амбиции толкают к совершенству, а творчество - к поиску. 

Кто-то скажет, писатель должен стремиться к прекрасному, кроить свой текст, кромсать, шлифовать, стремиться к идеалу. Наконец, создать шедевр, сесть и восхищаться. А дальше - искать другой шедевр. Но вот вопрос: когда шедевров два, какой из них "шедевральнее"? Какой достоин забвения, какой имеет право на жизнь? И вот здесь таится то самое сакральное зло. Кажется, что каждый новый шаг - ступень от предыдущего. Теперь уже неважно направление. Есть новая ступень в спиралевидной башне, куполом стремящейся в Олимп. 

Разница между башней и дорогой с направлением огромная. Дорога - свобода, башня - цель. В дороге мы вольны ошибаться, искать, сравнивать, пробовать, менять направление. Путь в башне только один - вверх. Иначе - рухнуть вниз, в пепел, застрять где-то посередине. 

Выбирая дорогу, писатель должен принять, что это путь почти без конца, без осязаемой цели, это пусть познаний, открытий и вечного поиска нового себя. Когда ты любишь тропинки, автобаны, трассы, повороты, луга, поля, степи, горы и леса. Когда ты понимаешь, что каждый новый путь совершенен по-своему. Но ты позволяешь ему жить. Творишь, идёшь дальше, не думая о том, что всё на самом деле не слишком совершенно. Просто ищешь новый путь.

Когда играют роль не ступени, а что в них можно взять нового.

Мне кажется, самый счастливый автор - тот, кто понимает, что всю жизнь учится. Не стремится получить условный диплом, чтобы трясти им с далёкого Олимпа, который далеко не всем видно (смотреть вперед приятнее, чем задирать голову). Не боится тех "10 000 способов, которые не работают", чтобы в итоге порадоваться одному рабочему. И уже шагать с пониманием, что рано или поздно найдётся что-то ещё.