Dante

Жюль Верн о себе и ремесле

17 posts in this topic

1005x558_201802081516338f7cc3e616.jpg

О Робинзоне

В детстве из всех книг я больше всего любил «Швейцарского Робинзона» [Приключенческий роман для юношества, написанный Иоханном Рудольфом Виссом (1782–1830)], предпочитая его «Робинзону Крузо». Я хорошо знал, что сочинение Даниеля Дефо философски более значимо. В нем предоставленный сам себе человек, одинокий человек, находит в один прекрасный день след голой ноги на песке! Но произведение Висса, богатое событиями и приключениями, интереснее для молодых мозгов. Там изображена целая семья: отец, мать, дети — и их различные поступки. Сколько лет я провел на их острове! С каким пылом присоединялся к их открытиям! Как завидовал их судьбе! Стоит ли удивляться, что в «Таинственном острове» меня непреодолимо подталкивало вывести на сцену Научных Робинзонов, а в романе «Два года каникул» — целый пансион Робинзонов.

Но на моем островке не было героев Висса. Там находился герой Даниеля Дефо, воплотившийся в моей собственной персоне. В мечтах я уже строил шалаш из ветвей, мастерил из тростника леску, а из иголок крючок, разжигал огонь подобно древним людям: тер один сухой кусок дерева о другой. Сигналы бедствия?.. Я их не подавал, потому что их бы очень скоро заметили и меня бы спасли, прежде чем я того захочу! Прежде всего надо было утолить голод. Но как? Вся моя провизия утонула вместе с лодкой. Поохотиться на птиц?.. Не было ни ружья, ни собаки! Ладно, а моллюски?.. И их не было!

О желании стать писателем

Не могу припомнить времени, когда бы не писал или не хотел стать писателем, но многое, как вы вскоре поймете, препятствовало этим желаниям. Видите ли, по рождению я бретонец (мой родной город — Нант), но отец учился в Париже, увлекался литературой, обладал хорошим вкусом и сочинял стихи, хотя был слишком скромен, чтобы публиковать свои произведения. Возможно, именно по наследству я и начал свою литературную деятельность с сочинения стихов, принявших — по примеру самых многообещающих французских литераторов — форму пятиактной трагедии. <…> Трудно сказать, как возникает замысел романа; иногда решающую роль играет одно, иногда — другое. Нередко я долго вынашиваю какой-либо сюжет, прежде чем изложить его на бумаге. Однако, как только появляется интересная мысль, всегда ее записываю.

Разумеется, момент зарождения некоторых своих книг я могу указать вполне определенно. «Вокруг света в восемьдесят дней» появился после того, как на глаза мне попалась туристическая реклама в газете. В абзаце, привлекшем мое внимание, утверждалось, что в наше время человек вполне может объехать вокруг земного шара за восемьдесят дней. И тогда я сразу же вспомнил, что такой путешественник благодаря вращению Земли может прибыть в исходную точку либо раньше, либо позже указанного срока. Вот эта мысль и стала основной в романе. Возможно, вы помните, что мой герой, Филеас Фогт, учтя это обстоятельство, является домой как раз вовремя и выигрывает пари, вместо того чтобы — как он предполагал — прибыть на день позже.

О своем месте во французской литературе

Больше всего в жизни я сожалею о том, что так и не занял достойного места во французской литературе.

О работе

Каждое утро я встаю незадолго до пяти (зимой, может быть, чуть попозже), а в пять уже сажусь за стол и работаю до одиннадцати. Пишу я очень медленно, неимоверно тщательно, постоянно переписываю, пока каждая фраза не примет окончательную форму. В голове я держу сюжеты по крайней мере десяти романов, готовые образы и фабулы, так что, как вы понимаете, материала мне хватает с избытком, и трудностей с доведением числа романов до восьмидесяти у меня не будет. Однако постоянные переделки отнимают много времени. Я никогда не удовлетворяюсь написанным, прежде чем не сделаю семь-восемь правок, всегда что-то правлю и правлю, можно сказать, что в чистовом варианте почти ничего не остается от первоначального. Это ведет к большой потере времени и денег, но я всегда стараюсь добиться лучшего как по форме, так и по стилю, хотя люди никогда в этом отношении не отдают мне должного.

О науке

Не могу сказать, что очень интересовался наукой. Я имею в виду, что никогда не изучал ее и не проводил практических экспериментов. Но я с детства привык с упоением следить за работой машин. У отца был загородный дом в Шантене, близ устья Луары, а совсем рядом, в Эндре, находилась государственная механическая фабрика. Приезжая в Шантене, я не упускал случая посетить фабрику и мог часами глядеть на работающие машины. Это пристрастие осталось у меня на всю жизнь. Я и сейчас любуюсь работой паровой машины какого-нибудь превосходного локомотива с тем же удовольствием, с каким созерцал бы полотна Рафаэля или Корреджо. Интерес к технике всегда был важной чертой моей личности, такой же значительной, как тяга к литературному творчеству, о чем я еще скажу, и преклонение перед изящными искусствами, увлекавшее меня в любой музей или картинную галерею; да, могу подтвердить: в каждую значительную картинную галерею в Европе. Фабрика в Эндре, экскурсии по Луаре и сочинение стихов — вот три моих любимых занятия в юности.

Z2WRCuTIzGc.jpg
Карикатура на Жюля Верна на обложке журнала «L'Algerie», 15 июня 1884 года

Об информации

Мне повезло жить как раз в то время, когда существуют словари по любой тематике. Мне всего лишь надо отыскать необходимую информацию в словарной статье. Разумеется, во время чтения я получаю разнообразную информацию и, как уже говорил, накопил изрядное количество научных данных.

О цели творчества и о коллегах

Цель свою я вижу в описании Земли, и не только одной Земли, но и космического пространства, ради чего иногда увожу читателя далеко за земные пределы. И в то же самое время я пытаюсь достичь высокого идеала стилистической красоты. Иногда говорят, что в приключенческом романе не может быть стиля, но это неверно. Правда, в отличие от исследования человеческого характера, столь модного в наше время, роман подобного направления гораздо труднее облекать в интересную литературную форму. И позвольте мне сказать, что не являюсь поклонником так называемого психологического романа, потому что не нахожу в нем ничего общего с психологией и не слишком принимаю так называемых писателей-психологов.

Тем не менее выделяю Доде и Мопассана. Мопассаном я даже восторгаюсь. Это — гений: небо послало ему дарование писать обо всем, и он творит столь же легко и естественно, как, например, яблоня рождает яблоки. Однако любимым моим автором всегда был Диккенс. По-английски я знаю не более сотни слов и вынужден читать его произведения в переводах. Но говорю вам, сэр, — и здесь Верн выразительно стукнул ладонью по столу, — что я прочел всего Диккенса по меньшей мере десяток раз. Не могу сказать, что предпочитаю его Мопассану, потому что они несопоставимы. Но безумно его люблю; в готовящемся к изданию романе «Малыш» я отдаю Диккенсу дань признательности. Я также всегда очень увлекался, да и увлекаюсь до сих пор, романами Купера. Полтора десятка из них я считаю бессмертными.

О гонорарах

Мои первые книги, включая самые успешные, проданы всего за десятую часть их настоящей стоимости, но после тысяча восемьсот семьдесят пятого года, то есть после «Михаила Строгова», положение изменилось, и я получаю достаточную долю от прибыли, приносимой моими романами. Но я не жалуюсь. Это ведь прекрасно, если мой издатель тоже получает хороший доход. Конечно, я мог бы пожалеть, что не заключил лучших контрактов. Роман «Вокруг света», скажем, только во Франции принес десять миллионов франков, «Михаил Строгов» — семь миллионов, а мне досталось куда меньше, чем полагалось бы. Но я не из тех, кто все силы расходует на зарабатывание денег, и никогда не принадлежал к подобным людям. Я — литератор, художник, живущий в поисках идеала, непрерывно увлекаемый новыми замыслами, сгорающий за работой от энтузиазма, а когда работа закончена, откладываю ее в сторону и совершенно забываю о ней, забываю настолько, что часто сажусь за стол, беру какой-нибудь роман Жюля Верна и с удовольствием его читаю. Если бы мои соотечественники были хоть чуточку справедливее ко мне, это вознаградило бы меня в миллион раз больше, чем дополнительные тысячи долларов, которые ежегодно приносили бы мои книги сверх того, что я получаю за них сейчас. Вот о чем я сожалею и всегда буду сожалеть.

tLFc5xGM2bc.jpg
 

О работе над романами

Начинаю я работу с наброска того, что должно войти в новый роман. Никогда не приступаю к книге, не определив предварительно, чем она начнется, что будет в середине и чем закончится. До сих пор мне удавалось удерживать в памяти не одну, а до полудюжины окончательно разработанных сюжетных линий. Если я испытывал какие-либо затруднения в этом плане, то считал, что пора кончать работу над сюжетом. Составив предварительный план, я работаю над содержанием каждой главы и только потом уже приступаю к собственно написанию первой черновой копии, что всегда делаю карандашом, оставляя поля шириной в половину страницы для поправок и дополнений. Читаю написанный текст, а потом обвожу его чернилами. Однако настоящая работа для меня начинается с первой корректуры, когда я не только правлю каждую фразу, но и переписываю порой целые главы. У меня нет уверенности в окончательном варианте, пока я не увижу напечатанного текста; к счастью, мой издатель позволяет вносить значительные исправления, и роман часто имеет восемь или девять корректур. Завидую, но не пытаюсь подражать примеру тех, кто не меняет и не добавляет ни единого слова от самого начала первой главы вплоть до последней фразы.

О темпе работы

Благодаря вошедшей в привычку систематичности я регулярно пишу по два романа в год. И постоянно опережаю этот график; фактически я пишу сейчас книгу, которую опубликуют в тысяча восемьсот девяносто седьмом году; иными словами, у меня подготовлено к печати пять рукописей. Конечно, достигнуто это не без жертв. Очень скоро я открыл, что по-настоящему тяжелый труд и регулярный, равномерный темп производительности несовместимы с удовольствиями жизни в обществе. Когда мы с женой были молоды, то жили в Париже, наслаждались жизнью и всем многообразием ее удовольствий. Но в последние двенадцать лет я проживаю в Амьене, моя жена здесь родилась. Здесь я с ней и познакомился пятьдесят три года назад, здесь же сконцентрировались мало-помалу все мои привязанности и интересы. Некоторые из моих друзей даже говорят, что я больше горжусь не своей литературной репутацией, а тем, что стал городским советником Амьена. Не отрицаю, что очень доволен своим участием в управлении городом.

6

Share this post


Link to post
Share on other sites

Очень интересно, спасибо. Заглянуть в творческую кухню любого творца - увлекательное занятие, которое позволяет понять, что мог бы сделать я сам, если бы задался целью достичь чего-то.

P.S. Когда-то читал его книги, но почти все забыл. Жаль, что память короткая. Завидую тем, кто обладает эйдетической :m2029:

0

Share this post


Link to post
Share on other sites
1 минуту назад, Mr. Плащ-и-Шляпа сказал:

Очень интересно, спасибо. Заглянуть в творческую кухню любого творца - увлекательное занятие, которое позволяет понять, что мог бы сделать я сам, если бы задался целью достичь чего-то.

Цитата из этой статьи есть в фильме Дети капитана Гранта. Я думаю, что частично желанию писать обязан ей. Впрочем, много работать... явно не мой конёк.

2 минуты назад, Mr. Плащ-и-Шляпа сказал:

Завидую тем, кто обладает эйдетической 

Я тоже ничего не помню. А зачем? Чтобы удивлять людей? Это скучно... Есть люди-калькуляторы, люди-библиотеки, люди-уравнения. Всё это безумно скучно по сравнению с людьми-мыслителями. Ну или людьми-греками :) 

1

Share this post


Link to post
Share on other sites
6 минут назад, Dante сказал:

Цитата из этой статьи есть в фильме Дети капитана Гранта. Я думаю, что частично желанию писать обязан ей. Впрочем, много работать... явно не мой конёк.

У вас встречаются интересные идеи. Надеюсь, когда-нибудь они тоже дадут плоды :)

Вообще систематичность, способность выпестовать в себе умение все точнее и увереннее делать "мазки" на условной "картине" - включая литературу - черта, которая часто встречалась у успешных писателей. Впрочем, без особого видения и искры во всем этом труде нет смысла. В прошлом было много популярных авторов, о которых сегодня никто не слышал... Это должно быть сочетание гения и упертости, прагматичного подхода к своему таланту...

Edited by Mr. Плащ-и-Шляпа
0

Share this post


Link to post
Share on other sites
19 минут назад, Dante сказал:

Я тоже ничего не помню. А зачем? Чтобы удивлять людей? Это скучно... Есть люди-калькуляторы, люди-библиотеки, люди-уравнения. Всё это безумно скучно по сравнению с людьми-мыслителями. Ну или людьми-греками :) 

Иногда это бывает полезно. Хочется помнить о том, что я прочел когда-то давно... Ан нет, все, мозг стер данные и занял место чем-то другим! И все по новой. Или не по новой, вследствие чего приходится краснеть от незнания культовых, классических произведений.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites
2 минуты назад, Mr. Плащ-и-Шляпа сказал:

Хочется помнить о том, что я прочел когда-то давно... Ан нет, все, мозг стер данные и занял место чем-то другим!

И правильно сделал. Самая важная функция мозга выковыривать мусор из головы. Поверьте, это был основной план эволюции...

1

Share this post


Link to post
Share on other sites
Только что, Dante сказал:

Поверьте, это был основной план эволюции...

Верю, конечно. Просто иначе мы бы уже сгорели от информационной перегрузки и нехватки места на диске пространства в нашей 86-миллиардной нейросети. Но выкидывать ВСЕ прочитанное в возрасте 15-17 лет - уже явный перебор :ac:

0

Share this post


Link to post
Share on other sites
1 минуту назад, Mr. Плащ-и-Шляпа сказал:

Но выкидывать ВСЕ прочитанное в возрасте 15-17 лет - уже явный перебор

Ну тут есть 2 версии. И первая -- оно вам не нужно. Я вот помню из прочитанного только то, что меня удивило. Остальное выбрасываю.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Боюсь представить вторую :D

Я помню какие-то отрывки, совершенно не связанные. Но книги тогда понравились...

И да, если мозгу это не особо нужно и важно - запоминание слабое, инфа смазывается и теряется. И приходится познавать одно и то же как минимум дважды.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites
23 минуты назад, Mr. Плащ-и-Шляпа сказал:

И да, если мозгу это не особо нужно и важно - запоминание слабое, инфа смазывается и теряется. И приходится познавать одно и то же как минимум дважды.

Ну если есть желание -- эту способность можно развить. Вообще у нас нет способностей которые развить нельзя. Вопрос только в границах развития. Но если очень хочется... почему нет. У меня например есть развитая суперспособность запоминать события, которые мне нужны для рассказа.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites
8 минут назад, Dante сказал:

Вопрос только в границах развития. Но если очень хочется... почему нет. У меня например есть развитая суперспособность запоминать события, которые мне нужны для рассказа.

Пожалуй, соглашусь. У меня таких способностей нет. Если не считать памяти на некоторые архитектурные детали и стилистические особенности разных локаций :)

0

Share this post


Link to post
Share on other sites
Только что, Mr. Плащ-и-Шляпа сказал:

Если не считать памяти на некоторые архитектурные детали и стилистические особенности разных локаций :)

Вполне верю, что такая память у вас есть :) И даже знаю почему.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites
Только что, Dante сказал:

И даже знаю почему.

Потому что Майнкрафт архитектура - это моя жизнь моя страсть с детства. И самый большой интерес по сей день... Был бы интерес в области флористики - помнил бы сотни оттенков фиалок и хризантем.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites
Только что, Mr. Плащ-и-Шляпа сказал:

Потому что Майнкрафт архитектура - это моя жизнь моя страсть с детства. И самый большой интерес по сей день... Был бы интерес в области флористики - помнил бы сотни оттенков фиалок и хризантем.

Совершенно верно. Тренируя какую-то способность мы её развиваем. :) И да, компьютерные игры здорово развивают мозг.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Согласен. Игры действительно очень полезны (как и занятие музыкой, например, когда требуется координация и прокачка нескольких смежных участков коры), как бы ни верещали Мизулины и прочие отбросы депутаты.

0

Share this post


Link to post
Share on other sites

Писатель, опередивший время. Моей любимой книгой был его "Таинственный остров".

Сейчас вспомнил одно его высказывание и таки нашёл в старой статье из "Вокруг света":

Цитата

"Я вижу все хуже и хуже, моя дорогая сестра, - писал он в 1903 году. - Операции катаракты еще не было... Кроме того, я оглох на одно ухо. Итак, я в состоянии теперь слышать только половину глупостей и злопыхательств, которые ходят по свету, и это меня немало утешает!"   

                                                                                                                 (Е.Брандис. Интервью с Жюлем Верном)

 

2

Share this post


Link to post
Share on other sites
25 минут назад, Mr. Плащ-и-Шляпа сказал:

как бы ни верещали Мизулины и прочие отбросы депутаты.

Тссс, не будем говорить про плохих людей... Это всё, что у них есть: молва. Если бы молвы не было... они бы давно сгинули.

1

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now